1. Дефиниция:
Государство - иерархически-бюрократическая система власти, опирающаяся на террор и распространяющая своё господство на определённую территорию. Необходимыми признаками наличия этой системы являются:
- отдельный, стоящий над обществом, бюрократический аппарат;
- профессиональные террористические карательные структуры;
- единое, общее для территории государства законодательство – как узурпация и монополизация права;
- система единого регулярного налогообложения.
2. Все люди, находящиеся под властью государства, не могут рассматриваться как члены государственного аппарата - поскольку его структура корпоративна и чётко отделяет государственных служащих от остальных категорий населения. Однако не являющиеся чиновниками лица вполне могут быть пособниками власти. В том числе и активными, в полной мере несущими ответственность за политику аппарата.
3. Качества и происхождение:
Группировки, формировавшие государства, невозможно считать "элитой" - как невозможно полагать "элитой" деятелей типа Путина, Медведева или Максима Бакиева. Независимо от того, какие бы субъективно-личные параметры "элитарности" мы не брали. Господствующее положение отдельных лиц в государственной иерархии очень редко определяется интеллектуальными, организаторскими, коммуникативными способностями, не говоря уже о морально-этических качествах. В тех же случаях, когда государственные аппараты возглавляются действительно выдающимися личностями (Елизавета Тюдор, Людовик XI, Пётр Великий, Бонапарт, Гитлер, Сталин) - это как правило приводит к выдающимся по своей чудовищности массовым убийствам.
По поводу происхождения государств неплох экскурс в книге Л.И.Мечникова "Цивилизация и великие исторические реки", показывающей особенность возникновения первых государств - в Древнем Китае, Междуречье, Египте. Особенностью этих территорий являлась естественная монополия на ресурсы - долины рек с высоким плодородием, окружённые значительно менее благоприятными для жизни территориями. Там в первую очередь и сложилась бюрократия как система организации массового принудительного труда. При этом не следует представлять себе, что господствующая верхушка и военные были - или являются сейчас - в чистом виде паразитарной группой. Разумеется, их организаторская и военная деятельность также относится к трудовой. С той только разницей, что занимающиеся ею лица присвоили себе исключительное "право" оценивать какую бы то ни было деятельность всех жителей захваченной территории.
4. Иерархию не следует смешивать с государством. Иерархия как система власти возникла задолго до неолитической революции и разделения труда. Она - как, с другой стороны, и анархия - вообще предшествовала появлению человека как вида. Известно, что для большинства коллективно живущих "высших" (наиболее близких к гоминидам и к человеку) приматов (шимпанзе, бабуинов, горилл) - характерна крайне-жёсткая иерархическая модель организации сообществ. Однако не для всех - орангутанги, например, организованы менее коллективистки, живут парными семьями и вполне обходятся без вожаков.
Человеческие сообщества, независимо от уровня их "цивилизованности", также могут быть организованы очень по-разному. У одних народов, рассматривавшихся как "примитивные" (например, у аборигенов Австралии), жизненный уклад был крайне иерархичен, у других же (например, у чукчей, у сан - бушменов Южной Африки, у жителей Новой Гвинеи или Андаманских островов) - приближался скорее к анархическим принципам организации. Независимо от наличия и отсутствия разделения труда, роль и значение которого в отношении к власти постоянно искажается разнообразными левыми. Наиболее фундаментально и последовательно - предположительно Энгельсом (не только в "Происхождении семьи, частной собственности и государства", но и в других работах).
5. Говорить о "классовом государстве" и "господствующих в том или ином государстве классах", разделяя государства на "рабовладельческие", "феодальные", "капиталистические" и "социалистические" – значит использовать марксистско-сталинские шаблоны и стереотипы, не выдерживающие элементарной проверки на достоверность. Не только так называемый азиатский, но и так называемый античный "способы производства" никогда не имели в своей основе рабский труд - на Древнем Востоке рабство было в основном домашнее, в Афинах эпохи Перикла рабы составляли не более 10% населения. "Феодальное государство" - нонсенс по определению, поскольку феодализм как система власти исключает государство как таковое, феодальная иерархия строилась иным образом. О разнице между "капиталистическим" и "социалистическим" и государствами можно судить, например, по Северной Корее и Советскому Союзу - и, с другой стороны, по Конфедерации южных рабовладельческих штатов. В отличие от Рима эпохи Цезаря, где основной производительной силой были крестьяне, указанные государственные системы имели в своей основе именно рабский труд. Можно ещё обратить внимание также на то, о существовании каких "классов" пишут Маркс и Энгельс в "Манифесте коммунистической партии" ("патриции и плебеи, нобили и всадники, мастера и подмастерья") - чтобы увидеть, что их публицистика к науке имеет более чем опосредованное отношение. Очевидно, что под классами ими понимались либо сословия - либо то, что сейчас принято определять в качестве социальных групп.
В перечень "классов", "изучавшихся" в советской казённой школе, в том числе "высшей", никогда не входила бюрократия. Никаких чётких и вместе с тем соответствующих действительности критериев разграничения классов "по отношению к средствам производства" марксизм за всю свою историю так и не выработал.
6. "Делегирование полномочий для защиты" сродни "теории общественного договора" Руссо, отношения к реальному установлению государственной власти она не имела и иметь не могла - если только не понимать под "договором" страх перед группой лучше организованных и вооружённых агрессоров, вынуждающих людей поступать вопреки их
желаниям и традициям.
7. От феодализма ушла достаточно далеко уже абсолютистская Франция, вскоре после Столетней войны. Что же касается России, то факт существования в ней феодализма спорен даже к эпохе, предшествовавшей вторжению Чингизидов. Бесспорно лишь то, что понимать под феодализмом сеньориальную систему помещичьего землевладения и крепостничества, периодически заменявшихся на рабовладение, не следует. Французские анналисты, по крайней мере, этого всячески избегают - а к ним как к специалистам по истории этой эпохи стоит относиться с уважением. Желающим изучить вопрос подробнее рекомендуется читать не Ульянова, а фундаментальную работу Марка Блока "Феодальное общество".
8. Государство нельзя считать "тотальной" системой, поскольку ни одно государство не распространяет свою власть на всех, даже в своих претензиях. Ставить на первое место "экономические установки" – значит пропагандировать вульгаризированный марксизм. Вместе с тем далеко не всякое государство является системой рабства. В отношении большинства современных европейских стран это определение явно не применимо в полном его объёме и является не более чем метафорой. Ещё более несообразной метафорой можно считать разговор о государстве "пещерных людей" - ни у кроманьонцев, ни у досапиенсных гоминид никакого государства, разумеется, не было. Вообще стремление представить ранее существовавшие формы организации человеческих сообществ как "примитивные", ущербные, "неконкурентоспособные" - крайне характерно именно для всякой государственнической пропаганды, и заимствование средств из этого грязного пропагандистского арсенала ни к чему хорошему привести не может.
9. "Приземление" государства - никоим образом не анархическая задача. Если понимать "приземление" как улучшение, смягчение, социализацию и гуманизацию, то этим традиционно занимаются всяческие реформисты – как из либерально-правого, так и из социально-левого лагеря. О "приземлении" в духе ""крови и почвы" говорить уже явно не стоит. С анархической же точки зрения - снизу вверх - государство следует не тянуть на себя для попытки его "улучшения", а бить. В худшем случае отталкивая его "вверх" как можно дальше, в более удачном - насмерть.
10. Определение государства как "инструмента, с помощью которого финансово-политическая элита эксплуатирует население" - во-первых, по-ульяновски низводит государство до роли инструмента в руках неких социальных групп (каких именно?). Во-вторых, определяет руководящие государством силы в качестве "элиты", даже не используя кавычек (вполне по-фашистски). В-третьих, в связке политики и финансов в традиционном левом, социалистическом ключе видит основное зло в финансах, а "общественный базис" - в экономических отношениях. К тому же идейному арсеналу относится и использование априори в негативном контексте слова "эксплуатация". Показательно, что в отличие даже от марксистских классиков в приведённом выше определении нет ни слова ни о бюрократии, ни о территориальном факторе, ни о налогах и праве, ни даже о принудительном характере государственной эксплуатации населения. Другое определение: "Государство - это аппарат принуждения и налогообложения, контроля за массами и пресечения их инициативы" - хотя не вполне точно и не исчерпывающе, но гораздо более соответствует реальности.
11. Если использовать определение государства по Веберу: "Государство есть отношение господства людей над людьми, опирающееся на легитимное (т.е. считающееся легитимным) насилие как средство. Таким образом, чтобы оно существовало, люди, находящиеся под господством, должны подчиняться авторитету, на который претендуют те, кто теперь господствует" - то в качестве отдельного государства пришлось бы рассматривать каждую отдельно взятую патриархальную семью, живущую на оккупированной государственными властями территории. Между тем понятие "легитимности", используемое Вебером как фундамент государства, в реальности явно является лишь его производной. Выводить государство из более широкой правовой категории - т.е. из права как такового – столь же неверно. Разумеется, право - никак не продукт государственного нормотворчества, оно существовало задолго до каких бы то ни было государств. Но их появление как раз означает если не полное уничтожение права как такового (например, в сталинском СССР или нынешней России), то по крайней мере его фундаментальную деформацию и подмену (наблюдаемую в относительно либеральных государствах "цивилизованного сообщества").
12. Категорически нельзя согласиться с попыткой перемещения государства в индивидуальное сознание ("государство, оно - 'в голове'") и одновременным смешиванием его с обществом. Такой подход не только неверен по определению. Он вреден для дела – поскольку "смазывает" грань, отделяющую нас от наших врагов. Даже полностью "убив в себе государство", невозможно от него избавиться во внешней реальности - напротив, его присутствие, часто не замечаемое законопослушным населением, будет в этом случае ощущаться предельно обострённо. Однако при этом совершенно справедливо отмечено, что общество, находящееся под властью государства, несвободно всё - включая и высший эшелон бюрократии. Вот только в условиях борьбы против фашистской диктатуры, виновной в массовых убийствах, освобождение этого высшего эшелона от государственной власти – должно сопровождаться его освобождением как от собственности, так и от возможности продолжать дальнейшее биологическое существование.
R-17
к анархической полемике вот здесь:
http://forum.anarhist.org/viewtopic.php?pid=5019#p5019 
Лига Индивидуального Анархизма
15 мая 2010 года впервые в истории путинской России рабочие оказали сопротивление властям. В ОМОН, прибывший для разгона демонстрантов в Междуреченске, полетели камни с железнодорожной насыпи. Настоящий бой продолжался около двух часов. Попытка захвата железнодорожных путей была отбита сотрудниками милиции.
